Стихи (1988 - Сон)

Я вспомнил о тебе, и солнце
Сквозь тучи осветило мир.

Оглянись, уходя, и не будет
Путь твой удачен.

Цветы на столе и фрукты -
Всё что осталось.

Сосна иглами машет -
Зовет зиму.

Капли снега сползают по лицам домов,
Шершавые сны осаждают кору тротуаров.
Рана зарубцевалась и не видно швов...
Глаза помутнели, как на фотографии старой.
Остался один. Одинокий. Забытый, один.
В траве суета выходных шелестит, не смолкая.
На высохшем стебле качается угольщик - властелин
Огня и тепла, всех на свете людей понимая.
Свой медленный блеск из ковша разливает на землю.
Скрипичный футляр за спиной и пастушеский посох в руке.
И терпкая прелесть дождя к человеку нисходит и внемлет.
И кто-то заносит сапог, проходя с головой налегке.
Заоблачный свет проникает до сердца из стали,
Рождая скрипучее слово в облатке улыбки.
Прости их - они и во сне никогда не летали...
А скрипки, да скрипки, вот скрипки, но скрипки, ах, скрипки.

Я иногда по ночам ворошу
Сгустки моих воспоминаний
И поливаю водой давно зачерствевшие.
Память рождает образы, слова и мысли,
И снова больно, точно так же, как и прежде.

Я прошлой ночью грезил наяву:
Вошёл другой в мой дом, еще не спящий,
Вошёл, как демон, обо всем скорбящий,
И поселился там, где я живу.
Мои глаза прикрыв своей рукой,
Он отдалил мирскую суету,
Бессонной ночи злую темноту
И превратил движение в покой.
Гремел оркестр крови в моих ушах,
Все мысли подчинялись взмаху сердца,
И медленно приоткрывалась дверца,
И надо было что-нибудь решать.
Когда я буду снова умирать...

В опустевшем саду
Дворник сметает опавшие листья.
В этом году
Было написано много писем.
В садах декабря
Мы гораздо смелее, чем в мае...
" Молитву будто бы творя,
Смотрю я на него и размышляю."
Страх приходит сам,
Смелость обязательно надо позвать.
Чистым белым листам
Доверяюсь, прежде чем порвать.
Горы нужных слов
Я воздвиг между собою и собой.
Между собой из снов
И тем, у которого в снах есть покой.
И нет одиночества.
В жизни одиночества никому не найти.
Провозглашаю пророчество:
Одиночество только в конце пути.

В храме на горе - суета,
Там, где бог - ловят кота
И служители, и святые
Как собачники записные.
Как же, святыня - бог,
Мы - прах у его ног,
И, вдруг, какой-то кот
За занавеской разинул рот.
Неужто там есть что есть?
Как же нам это снесть?
Бог себя не оборонил,
Мыши нагуляли сил,
Съел их кот,
Значит кот - бог.
Ай-ай-ай, тьфу,
Придумается же кому.

В далеком одиночестве друг от друга,
Надежда на что согревает нас.
Мы - каждый внутри своего круга
Ощетинились иглами глаз.
Встреча неизбежно уходит во время,
Не повернется, лица - нет.
Вы - другие, а я - семя
Отходящих дружеских лет.
Верить себе - грустно и страшно,
Не верить - глупо и смешно.
Вы, наверно, остались вчерашними,
Я - позавчерашним. Но...
Греет меня везде и всегда
То, что вы были рядом со мной,
То, что нам светит одна звезда...
И общий предок - Ной.

Полнеба в черной пене -
Дождь.
Самое время явиться Прекрасной Елене,
Спаси меня, Ложь!
Откуда в тьме души
Огонь?
Кто прижимает к земле и душит?
Из горла рвется ругань.
От трения появляются
Искры,
Из них пламя в человеке возгорается
И он умирает быстро.
Зачем и кому необходима
Смерть? ,
Она ожидает углей необоримо
Чтобы костер развеять.
И вот уходят по одному
Друзья.
Живут, чертыхаются, мучаются, горят...
А я???

Черный вечер. За окном
Фонарь - луну зажгли.
И в моем воображении больном
Выплывает алый парус, белый парус - корабли.
Вот бы встретиться вам, паруса,
И, поймав в свои сети ветер,
Всё быстрее парить, расцветив небеса,
И кружить нежный танец до смерти.
То ли сбудется, то ли нет -
Я не знаю.
Но корабль с парусами из свежей травы
Я сегодня по луже морей не пускаю.

Королева зеркал отвернулась от яркого света
Одиночеством созданный остров из синей парчи
Отвернулась, лучами и собственным телом согрета,
Отвернулась.
В отраженьи судьбы-пелены запах губ чуть горчит
Черной блеск отраженья накрыт одеялом привычек
Очень трудно с собой говорить без кавычек.
Отраженье.
Собирать и лелеять осколки чужой суеты
Отраженье находит себя в отраженьи -
Заполняя загадками снов и пророчеств листы.
Чтобы нитка тянулась.
Победить человеческим чувством воображенье.
Не найдя в одиночестве слов, отражающих мир,
Пригласить себя снова на пир.
И искать утешенье.

Огромный город спит, мерцают фонари,
Шуршат машины, ветер рвет траву.
Я при свечах сижу, пером бумагу рву,
Я ожидаю и боюсь зари.
Легко узнать при свете призрачных столбов -
Поэт, "невольник чести" и толпы.
Еще живой (слова-то как глупы),
И собирается воспеть любовь.
О, боже, как легко ему жилось -
Поутру - чай, всегда готова рюмка рома.
Всё хорошо, наверно, разве, кроме
Того что из души лилось.
Пошлейшие стишки и эпиграммки,
Потом "Онегин", "Годунов", "Я вас..."...
А ночью, в одиночку - только квас
И рамки, рамки, рамки, рамки, рамки.

Свет ночной за окном перекрестком слепым,
Никого в окружающем мире.
Я сижу перед фотопортретом твоим
И играю на сказочной лире.
У рассвета я взял тихой нежности миг,
Ветер мне подарил мудрость тысячи книг.
Я не знаю итогов, не знаю начал,
Я играю, как раньше еще не играл.

Тени ложатся на окна,
Играют в прятки.
Слова на бумаге мокнут,
Рождая такты.
Музыка звезд замирает,
Слова - лишь слепки.
Оригинал над нами -
Божественной лепки.
Падают капли звука,
Блестят на веках...
Кап-кап-кап.
Мы - слепок.

Тени фонарей -
Разговоры одиноких улиц -
В толпе знакомых идет Назорей
Несет праздничных куриц -
В другой руке бутылка и хлеб
Тело и кровь его -
А над головой тысячи неб -
И ничего.

В пестро-праздничном разговоре
Преклоненье и суетный мир.
Как в покинутом богом соборе
Или в сумраке наших квартир.
Одиночество - тяжкая мука,
Тем, кто не был еще одинок.
И зеленые стрелочки лука
На окне отвечают урок.
День, для многих - упруго тягучий,
И для стольких же - дорогой
Ты меня хоть сегодня не мучай,
Пусть ты будешь сегодня другой.
Я надеюсь! Я верую! Слышишь?
Я люблю!..
А мелодия тише...

Придя домой из ниоткуда
И прислонясь к стене плечом,
Уже не ожидая чуда
Ты открываешь дверь ключом.
Войдя неслышно, на колени
Ты встала перед алтарем.
Как говорил какой-то гений:
"Пока нас любят, мы живем".
Ты одиночеством согрета,
Ты ждешь и веришь каждый день
И к берегу недвижной Леты
Приносишь свежую сирень.

За цветным окном сиротливый мир,
Тишина и свет, цепи звезд земных.
Мы сидим на кухнях ночных квартир
И рисуем чертиков на листах цветных.
Королевской поступью полночь в гости к нам
Старыми подковами зазвенела дверь.
У открытой форточки ты не думай - верь
На листах оставленным разноцветным снам.